Происхождение и сущность государства

Происхождение и сущность государства

Именно переход к производящей экономике послужил толчком к трем крупным разделениям общественного труда – отделению скотоводства от земледелия, отделению ремесла и обособлению слоя людей, занятых в сфере обмена – торговли. Такие крупные события в общественной жизни имели столь же крупные многочисленные последствия. В изменившихся условиях возросла роль мужского труда, который стал явно приоритетным по сравнению с женским домашним. В связи с этим матриархальный род уступил место патриархальному, где родство уже ведется по отцовской, а не по материнской линии. Но еще более важным было, пожалуй, то, что родовая община постепенно начинает дробиться на патриархальные семьи, интересы которых уже не полностью совпадают с интересами рода. С возникновением семьи началось разложение родовой общины.

Наконец, наступил черед неизбежной при разделении труда специализации, повышения его производительности.

Прибавочный продукт как следствие роста производительности труда обусловил появлению экономической возможности для товарообмена и присвоения результатов чужого труда, возникновения частной собственности, социального расслоения первобытного общества, образования классов, зарождения государства.

Вопросы о государстве, его понятии, сущности и роли в обществе с давних пор относятся к числу основополагающих и остродискуссионных в государствоведении. Это «объясняется по меньшей мере тремя причинами. Во-первых, названные вопросы прямо и непосредственно затрагивают интересы различных слоев, классов общества, политических партий и движений. Во-вторых, никакая другая организация не может конкурировать с государством в многообразии выполняемых задач и функций, во влиянии на судьбы общества. В-третьих, государство очень сложное и внутренне противоречивое общественно-политическое явление»[1] . Рожденное обществом, его противоречиями, государство само неизбежно становится противоречивым, противоречивы его деятельность и социальная роль. Как форма организации общества, призванная обеспечивать его целостность и управляемость, государство выполняет функции, обусловленные потребностями общества, а, следовательно, служит его интересам. По мнению К. Маркса, государство интегрирует классовое общество, становится формой гражданского общества, выражает и официально представляет данное общество в целом. Кроме того, это организация по управлению делами всего общества, выполняющая общие дела, вытекающие из природы всякого общества. Оно является политической организацией всего населения страны, его общем достоянием и делом. Без государства невозможны общественный прогресс, существование и развитие цивилизованного общества.

Однако в классово-антагонистическом обществе государство, выполняя общесоциальные функции, все больше подчиняет свою деятельность интересам самого экономически могущественного класса, превращается в орудие его классовой диктатуры, приобретает отчетливо выраженный классовый характер.

Именно в этом наиболее выпукло проявляются противоречивая природа и социальная роль государства. При анализе всякого предмета нужно, прежде всего выяснить его историческое происхождение, а также предпосылки, что имеет прямое отношение и к государству. Без этого нельзя понять сущность государственно-правовых явлений, их роль в жизни общества и логику функционирования. В наиболее полном виде исторический анализ такого института, как государство, сделан Ф.Энгельсом в работе «Происхождения семьи, частной собственности и государства», написанной с учетом громадного исторического материала, где показано, как государство появилось, какие основные этапы прошло в своем развитии и чем стало теперь.

Большое значение для характеристики первобытного строя и уяснения вопроса общественного самоуправления имела книга американского этнографа Л.Моргана «Древнее общество», вышедшая в свет в 1877 году, в которой сделана попытка научно проанализировать развитие родовой организации на примере североамериканских индейцев. В своих взглядах на первобытное общество он приближался к материалистическому пониманию истории, но в целом не смог понять роль и значение экономики, производственных отношений, сущность и значение классового деления общества.

История государства неотделима истории общества. Оно вместе с обществом проходит длинный исторический путь от неразвитого к развитому, приобретает на этом пути новые черты и свойства. Для неразвитого государства характерно то, что в нем не развертывается, не получает должного развития весь комплекс институтов государства и оно сводится, в сущности, к политической власти, основанной главным образом на аппарате принуждения.

Развитым государство становится постепенно, по мере достижения определенного уровня цивилизации и демократии. Оно «обеспечивает организованность в стране на основе экономических и духовных факторов и реализует главное, что дает людям цивилизация,- народовластие, экономическую свободу, свободу автономной личности»[2]. В таком государстве развиваются все его институты и структуры, раскрывается их социальный потенциал.

Причем государство изменяется и совершенствуется не само по себе. Его преобразуют, приспосабливают к изменяющим условиям люди разных эпох и стран.

Поэтому есть все основания рассматривать государство как одно из самых значительных достижений мировой истории и цивилизации.

Всесторонне раскрыть понятие, сущность, многосторонние грани, свойства и черты государства – задача чрезвычайно трудная.

Решить ее можно лишь при изучении государства конкретноисторически, в различных его связях с экономикой, социально-политической и духовной жизнью общества, максимально используя при этом прошлые и настоящие научные достижения. 1 Происхождение государства Проблема возникновения государства и права остается и, видимо, длительное время останется в науке дискуссионной. Во-первых, в основе этой сложнейшей проблемы лежат различные идейные, философские воззрения и течения. (Например, есть мнение, согласно которому государство и право существовали вечно. Для его сторонников проблемы возникновения государства и права вообще нет.) Во-вторых, историческая и этнографическая науки дают все новые знания о причинах происхождения государства и права.

Современная материалистическая наука связывает процесс возникновения государства и права (особенно в европейских странах) главным образом с развитием производства, с переходом от присваивающей к производящей экономике. В результате эволюционного развития человек для удовлетворения своих потребностей постепенно перешел от присвоения готовых животных и растительных форм к подлинно трудовой деятельности, направленной на преобразование природы и производство орудий труда, пищи и др.

Именно переход к производящей экономике послужил толчком к трем крупным разделениям общественного труда — отделению скотоводства от земледелия, отделению ремесла и обособлению слоя людей, занятых в сфере обмена — торговли (купцов). Такие крупные события в общественной жизни имели столь же крупные многочисленные последствия. В изменившихся условиях возросла роль мужского труда, который стал явно приоритетным по сравнению с женским домашним. В связи с этим матриархальный род уступил место патриархальному, где родство уже ведется по отцовской, а не по материнской линии. Но еще более важным было, пожалуй, то, что родовая община постепенно начинает дробиться на патриархальные семьи (земледельцев, скотоводов, ремесленников), интересы которых уже не полностью совпадают с интересами рода. С возникновением семьи началось разложение родовой общины.

Наконец, наступил черед неизбежной при разделении труда специализации, повышения его производительности.

Прибавочный продукт как следствие роста производительности труда обусловил появление экономической возможности для товарообмена и присвоения результатов чужого труда, возникновения частной собственности, социального расслоения первобытного общества, образования классов, зарождения государства и права. И все же причины зарождения государства и права коренятся не только в материальном производстве, но и в воспроизводстве самого человека. В частности, запрещение инцеста (кровосмешения) не только способствовало выживанию и укреплению рода человеческого, но и оказало многоплановое воздействие на развитие общества, структуру его внутренних и внешних отношений, культуру. Ведь понять, что кровосмешение ведет к вырождению, ставит род на грань гибели—половина дела. Куда сложнее было искоренить его, для чего потребовались суровые меры пресечения неизбежно встречавшихся сначала отступлений от табу, еще недавно не существовавшего.

Поэтому есть основания полагать, что родовые органы, поддерживающие запрещение инцеста и насильственное его пресечение внутри рода, развитие связей с другими родами в целях взаимообмена женщинами, были древнейшими элементами нарождающейся государственности[3]. Родовая организация общества трансформировалась в государство эволюционно, сохраняя историческую преемственность, проходя переходные стадии. Одной из таких переходных, предгосударственных форм была, по мнению Л. Моргана, «военная демократия», где органы родового общественного самоуправления еще сохраняются, но постепенно набирают силу новые предгосударственные структуры в лице военачальника и его дружины. Здесь появились зачатки военно-насильственного принуждения и подавления, ибо традиционная родовая организация самоуправления уже не в состоянии была разрешить возникающие противоречия, все более разрушающие вековые порядки.

Формирование государства — длительный процесс, который у различных народов шел разными путями. Ныне доминирует мнение, что одним из основных является восточный путь возникновения государства, «азиатский способ производства» (вначале — Древний Восток, затем — Африка, Америка, Океания). Здесь очень устойчивыми, традиционными оказались социально-экономические отношения и структуры родового строя — земельная община, коллективная собственность.

Управление общественной собственностью становилось важнейшей функцией родоплеменной знати, которая постепенно превращалась в обособленную социальную группу (сословие, касту), а ее интересы все более обособлялись от интересов остальных членов общества.

Следовательно, восточный (азиатский) вариант возникновения государственности отличается от других вариантов главным образом тем, что здесь родоплеменная знать, исполнявшая общественные должности, плавно трансформировалась в государственные органы (государственно-чиновничий аппарат), а общественная (коллективная) собственность тоже постепенно превращалась в государственную.

Частная собственность тут не имела существенного значения. На рассматриваемый путь зарождения государства значительное влияние оказали географические условия, необходимость выполнения крупномасштабных общественных работ (сооружение, эксплуатация и защита ирригационных систем и др.), предопределивших возникновение самостоятельной и сильной публичной власти.

Восточные государства заметно отличались друг от друга, хотя имели много общего. Все они были абсолютными, деспотическими монархиями, обладали мощным чиновничьим аппаратом, экономическую основу их составляла государственная собственность. Здесь по сути дела не наблюдалось отчетливо выраженной классовой дифференциации.

Государство одновременно и эксплуатировало сельских общинников, и управляло ими, т. е. само государство выступало организатором производства. По другому историческому пути шел процесс возникновения государства на территории Европы, где главным государствообразующим фактором было классовое расслоение общества, обусловленное интенсивным формированием частной собственности на землю, скот, рабов. По мнению Ф. Энгельса, в наиболее «чистом» виде этот процесс проходил в Афинах. В Риме на возникновение классов и государства большое влияние оказала длительная борьба двух группировок свободных членов родоплеменного общества — патрициев и плебеев. В результате побед последних в нем утвердились демократические порядки: равноправие всех свободных граждан, возможность каждого быть одновременно землевладельцем и воином и др.

Однако к концу II в. до н.э. в Римской империи обострились внутренние противоречия, повлекшие создание мощной государственной машины. По вопросу возникновения государства на территории Западной и Восточной Европы в литературе высказаны две точки зрения.

Сторонники первой утверждают, что в этом регионе в ходе разложения первобытных отношений зарождалось феодальное государство (сказанное относится, прежде всего, к Германии и России). Приверженцы второй полагают, что после разложения родового строя здесь наступает предшествующий феодализму длительный период, в ходе которого знать выделяется в особую группу, обеспечивает себе привилегии, в первую очередь во владении землей, но крестьяне сохраняют как свободу, так и собственность на землю. Этот период они называют профеодализмом, а государство — профеодальным. Таким образом, на этапе производящей экономики под воздействием разделения труда, появления патриархальной семьи, военных захватов, запрета инцеста и других факторов происходит расслоение первобытного общества, обостряются его противоречия, вследствие чего родовая организация социальной жизни изживает себя, а ей на смену с той же неизбежностью приходит новая организационная форма общества — государственность. 2 Теории происхождения государства Теории о происхождении государства стали возникать вместе с последним, отражая уровень развития экономического строя и общественного сознания. Остановимся на некоторых из них.

Теологическая теория является одной из самых древних. Ее создатели считали, что государство вечно существует в силу божественной воли, а потому каждый обязан смиряться перед этой волей, подчиняться ей во всем. Так, в законах царя Хаммурапи (древний Вавилон) говорилось о божественном происхождении власти царя: «Боги поставили Хаммурапи править 'черноголовыми'»; «Человек является тенью бога, раб является тенью человека, а царь равен богу» (т.е. богоподобен). В древнем Китае император именовался сыном неба. В более близкие нам времена идею богоустановленности государственной власти продолжало развивать христианство. «Всякая душа да будет покорна высшим властям, — говорится в послании апостола Павла к римлянам,— ибо нет власти не от Бога, существующие власти от Бога установлены». Согласно теологической теории творец всего сущего на Земле, в том числе государства, — Бог, проникнуть же в тайну божественного замысла, постичь природу и сущность государства невозможно. Не затрагивая научности данной, основанной на агностицизме посылки, отметим, что теологическая теория не отвергала необходимости создания и функционирования земного государства, обеспечения надлежащего правопорядка. Придавая государству и государственной власти божественный ореол, она присущими ей средствами поднимала их престиж, сурово осуждала преступность, способствовала утверждению в обществе взаимопонимания и разумного порядка. В наше время у богословия также имеются немалые возможности для оздоровления духовной жизни в стране и укрепления российской государственности.

Патриархальная теория была широко распространена в Древней Греции и рабовладельческом Риме, получила второе дыхание в период средневекового абсолютизма и какими-то отголосками дошла до наших дней. У истоков ее стоял Аристотель, который считал, что государство представляет собой естественную форму человеческой жизни, что вне государства общение человека с себе подобными невозможно. Как существа общественные люди стремятся к объединению, к образованию патриархальной семьи. А увеличение числа этих семей и их объединение приводят к образованию государства.

Аристотель утверждал, что государственная власть есть продолжение и развитие отцовской власти. В средние века, обосновывая существование в Англии абсолютизма, Р. Фильмер в работе «Патриархия, или защита естественного права королей» (1642 г.) со ссылками на патриархальную теорию доказывал, что первоначально Бог даровал королевскую власть Адаму, который поэтому является не только отцом человеческого рода, но и его властелином.

Патриархальная теория нашла благоприятную почву в России. Ее активно пропагандировал социолог, публицист, теоретик народничества Н. К. Михайловский. Видный историк М. Н. Покровский также считал, что древнейший тип государственной власти развился непосредственно из власти отцовской.

Видимо, не без влияния данной теории пустила глубокие корни в нашей стране вековая традиция веры в «отца народа», хорошего царя, вождя, этакую супер личность, способную решать все проблемы за всех. По сути своей такая традиция антидемократична, обрекает людей на пассивное ожидание чужих решений, подрывает уверенность в себе, снижает у народных масс социальную активность, ответственность за судьбу своей страны.

Патернализм, вождизм порождает и многочисленных идеологических «оруженосцев», готовых на все лады восхвалять вождей, оправдывать в глазах людей самые негативные их действия и решения.

Наиболее уродливо эта тенденция проявилась во времена сталинского тоталитаризма.

Культовая идеология не только оправдывала, но и всячески восхваляла концентрацию неограниченной власти в руках Сталина, сразу же превращая каждый его шаг в «исторический», «судьбоносный», «решающий». Вся страна оказалась вовлеченной в это грандиозное восхваление, почти эпическую лесть, пронизанную идеей непогрешимости, всеведения, всесилия и всезнания одного человека. Но под аккомпанемент оглушающей культовой идеологии шел небывалый разгул беззакония и произвола.

Человеческая личность ни социально, ни юридически не была защищена.

Традиции патернализма живы и сегодня.

Нередко государственного деятеля вольно или невольно уподобляют главе большого семейства, возлагают на него особые надежды, считают безальтернативным спасителем Отечества и готовы наделить его чрезмерно широкими полномочиями. Не ушли в прошлое и идеологические «оруженосцы». Патриархальную теорию критиковали многие и в разное время. В частности, еще Дж. Локк писал, что вместо научного подхода мы находим в ее положениях «детские побасенки». Ее называли «доктриной прописей», антинаучной биологизацией такого сложного явления, как государство.

Органическая теория – ее возникновение связывают с успехами естествознания в XIX в., хотя подобные идеи высказывались значительно раньше. Так, некоторые древнегреческие мыслители, в их числе Платон ( IV - III вв. до н.э.), сравнивали государство с организмом, а законы государства - с процессами человеческой психики.

Появление дарвинизма привело к тому, что многие юристы, социологи стали распространять биологические закономерности (межвидовая и внутривидовая борьба, эволюция, естественный отбор и т.п.) на социальные процессы.

Представителями этой теории были Спенсер, Вормс, Прейс и другие[4]. В соответствии с органической теорией человечество возникло как результат эволюции животного мира - от низшего к высшему.

Дальнейшее развитие привело к объединению людей в процессе естественного отбора (борьба с соседями) в единый организм - государство, в котором правительство выполняет функции мозга, управляет всем организмом, используя, в частности, право как передаваемые мозгом импульсы.

Низшие классы реализуют внутренние функции (обеспечивают его жизнедеятельность), а господствующие классы - внешние (оборона, нападение). Некорректность органической теории происхождения государства и права определяется следующим. Все сущее имеет различные уровни проявления, бытия и жизнедеятельности.

Развитие каждого уровня определяется свойственными этому уровню законами (квантовой и классической механики, химии, биологии и т.п.). И так же, как нельзя объяснять эволюцию животного мира, исходя лишь из законов физики или химии, невозможно распространять биологические законы на развитие человеческого общества.

Теория договорного происхождения государства также возникла в глубине веков. В Древней Греции некоторые софисты считали, что государство возникло в результате договорного объединения людей с целью обеспечения справедливости. У Эпикура «впервые встречается представление о том, что государство покоится на взаимном договоре людей...». Но если в воззрениях философов Древней Греции мы находим лишь зачатки данной теории, то в трудах блестящей плеяды мыслителей XVII—XVIII вв. Г. Греция, Б. Спинозы (Голландия), А. Радищева (Россия), Т. Гоббса, Дж. Локка (Англия), Ж.-Ж. Руссо (Франция) и др. она получила полное свое развитие.

Сторонники названной теории исходили из того, что государству предшествует естественное состояние, которое они характеризовали по-разному. Для Руссо, например, люди в естественном состоянии, обладают прирожденными правами и свободами, для Гоббса это состояние «войны всех против всех». Затем ради мира и благополучия заключается общественный договор между каждым членом общества и создаваемым государством. По этому договору люди передают часть своих прав государственной власти и берут обязательство подчиняться ей, а государство обязуется охранять неотчуждаемые права человека, т. е. право собственности, свободу, безопасность.

Соглашение людей, по мысли Руссо,— основа законной власти. В результате каждый договаривающийся подчиняется общей воле (государству), но в то же время становится одним из участников этой воли.

Суверенитет принадлежит народу в целом, а правители — это уполномоченные народа, обязанные отчитываться перед ним и сменяемые по его воле. В большинство концепций входит идея «естественного права», т.е. наличия у каждого человека неотъемлемых, естественных прав, полученных от Бога или от Природы.

Однако в процессе развития человечества права одних людей входят в противоречие с правами других, нарушается порядок, возникает насилие. Чтобы обеспечить нормальную жизнь, люди заключают между собой договор о создании государства, добровольно передавая ему часть своих прав. Эти положения нашли свое отражение в конституциях ряда западных государств. Так, в Декларации независимости США (1776 года) говорится: «Мы считаем самоочевидными истины: что все люди равными и наделены Творцом определенными неотъемлемыми правами, к числу которых относится право на жизнь, на свободу и на стремление к счастью; что для обеспечения этих прав люди создают правительства, справедливая власть которых основывается на согласии управляемых»[4]. Характерно, что в работах многих представителей указанной школы обосновывалось право народа на насильственное, революционное изменение строя, который нарушает естественные права (Руссо, Радищев и другие). Это нашло свое отражение и в Декларации независимости США. Теория договорного происхождения государства не отвечает на вопросы, где, когда и каким образом состоялся общественный договор, кто был его участником или свидетелем. Нет, похоже, и исторических доказательств, которые бы дали на них ответ.

Словом, данная теория страдает антиисторизмом, но это не лишает ее научной ценности. Она впервые показала, что государство возникает (пусть в силу объективных причин) как результат сознательной и целенаправленной деятельности людей. Это фактически первый созданный людьми общественно-политический институт, оказывавший и оказывающий огромное воздействие на жизнь индивидов, групп, классов, всего общества. Его можно планомерно совершенствовать, преобразовывать, приспосабливать к изменяющимся условиям. Если к сказанному добавить, что договорная теория положила начало учению о народном суверенитете, о подконтрольности, подотчетности перед народом всех государственно-властных структур, их сменяемости, то станет ясно, что она и сегодня актуальна.

Учение о государстве Гегеля.

Своеобразную теорию происхождения государства и права создал крупнейший представитель немецкой классической философии Г. В. Гегель (1770—1831). Он утверждал, что в основе всех явлений природы и общества, а, следовательно, государства и права, лежит абсолютное духовное и разумное начало — «абсолютная идея» («мировой разум», «мировой дух»). В своем произведении «Философия права» Гегель с позиций объективного идеализма критикует теорию договорного происхождения государства. Он признает заслугу Руссо в том, что тот видел основу государства в общей воле, но ошибка Руссо, по мнению Гегеля, заключается в выводе общей воли из воли отдельных личностей, между тем как воля государства есть нечто объективное, само по себе разумное начало, независимое в своем основании от признания воли отдельных лиц.

Будучи объективным идеалистом, Гегель выводил государство и право из абсолютной идеи, из требований разума. Он оспаривал тезис сторонников договорной теории о том, что государство создано людьми для обеспечения и охраны свободы личности и собственности. По мысли Гегеля, государство не страховое учреждение, оно не служит отдельным лицам и не может быть их творением.

Государство есть высшая форма реализации нравственности. Оно не служит чьим-либо интересам, а является абсолютной самоцелью. Иначе говоря, государство не служит, а господствует, оно не средство, а цель, цель в себе, высшая из всех целей.

Государство имеет высшее право в отношении личности, а высшая обязанность последней — быть достойным членом государства.

Гегель отвергает народный суверенитет как основание государства и вытекающую из него идею демократии.

Верховная власть, по мнению Гегеля, не может выражать интересы народа, так как народ не только не знает, чего хочет «разумная воля», но не знает даже того, чего он хочет сам. Таким образом, учение Гегеля о государстве было направлено против теории договорного происхождения государства, естественных и неотчуждаемых прав человека, а, в конечном счете, против идей и целей буржуазно-демократической революции. По сути дела, гегелевская формула «Все действительное разумно» оправдывала феодально-абсолютистский строй Прусского государства. Если идеологи революционной буржуазии (Локк, Руссо и др.) развивали свободные от религии взгляды на государство, то Гегель в утонченно-мистической форме возрождал религиозно-теологическое учение о нем. В его учении государство изображается как воплощение высших нравственных ценностей, он создает подлинный культ государства, подчиняя ему человека полностью.

Теория насилия (завоевания) возникла и получила распространение в конце XIX — начале XX вв. Ее основоположники Л. Гумплович, К. Каутский, Е. Дюринг и др. опирались на известные исторические факты (возникновение германских и венгерских государств). Мать государства, утверждают сторонники теории насилия,— война и завоевание. Так, австрийский государствовед Л. Гумплович писал: «История не предъявляет нам ни одного примера, где бы государство возникало не при помощи акта насилия, а как-нибудь иначе. Кроме того, это всегда являлось насилием одного племени над другим, оно выражалось в завоевании и порабощении более сильным чужим племенем более слабого, уже оседлого населения»[5]. Гумплович переносит закон жизни животных на человеческое общество, чем биологизирует социальные явления. По его словам, над действиями диких орд, обществ, государств царит сложный закон природы. К. Каутский, развивая основные положения теории насилия, утверждал, что классы и государство появляются вместе как продукты войны и завоевания. «Государство и классы,— писал он,— начинают свое существование одновременно. Племя победителей подчиняет себе племя побежденных, присваивает себе всю их землю и затем принуждает побежденное племя систематически работать на победителей, платить им дань или подати.

Первые классы и государства - образуются из племен, спаянных друг с другом актом завоевания»[6]. Ф. Энгельс жестко и во многом справедливо критиковал данную теорию, которая гипертрофировала роль насилия и игнорировала социально-экономические факторы. Чтобы возникло государство, необходим такой уровень экономического развития, который позволил бы содержать государственный аппарат и производить соответствующее военное оружие. Если подобных экономических условий нет, никакое насилие само по себе не может привести к возникновению государства.

Вместе с тем бесспорно и то, что насилие, завоевание играло немаловажную роль в государствообразующем процессе. Оно не было первопричиной образования государства, но служило мощным катализатором этого процесса.

Психологическая теория – представителями данной теории, возникшей в XIX в., были Г. Тард, Л. И. Петражицкий и другие. Они объясняли появление государства и права проявлением свойств человеческой психики: потребностью подчиняться, подражанием, сознанием зависимости от элиты первобытного общества, осознанием справедливости определенных вариантов действия и отношений и пр.

Естественно, что социальные закономерности реализуются через человеческое поведение и деятельность.

Поэтому свойства человеческой психики, оказывающие определенное влияние, не является решающим, а с другой - сама человеческая психика формируется под влиянием соответствующих экономических, социальных и иных внешних условий.

Именно эти условия должны учитываться в первую очередь.

Марксистская теория происхождения государства наиболее полно изложена в работе Ф. Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства», само название которой отражает связь явлений, обусловивших возникновение анализируемого феномена. В целом теория отличается четкостью и ясностью исходных положений, логической стройностью и, несомненно, представляет собой большое достижение теоретической мысли. Для марксистской теории характерен последовательный материалистический подход. Она связывает возникновение государства с частной собственностью, расколом общества на классы и классовым антагонизмом. Суть вопроса марксизм выражает в формуле «Государство есть продукт и проявление непримиримых классовых противоречий». Отрицать влияние классов на возникновение государства нет оснований. Но так же нет оснований считать классы единственной первопричиной его появления. Как уже было отмечено, государство нередко зарождалось и формировалось до возникновения классов, кроме того, на процесс государствообразования влияли и другие, более глубинные и общие факторы. 3 Понятие, признаки и сущность государства TC Вопросы о государстве, его понятии, сущности и роли в обществе с давних пор относятся к числу основополагающих и остродискуссионных в государствоведении. Это объясняется, по меньшей мере, тремя причинами. Во-первых, названные вопросы прямо и непосредственно затрагивают интересы различных слоев, классов общества, политических партий и движений. Во-вторых, никакая другая организация не может конкурировать с государством в многообразии выполняемых задач и функций, во влиянии на судьбы общества. В-третьих, государство — очень сложное и внутренне противоречивое общественно-политическое явление.

Рожденное обществом, его противоречиями, государство само неизбежно становится противоречивым, противоречивы его деятельность и социальная роль. Как форма организации общества, призванная обеспечивать его целостность и управляемость, государство выполняет функции, обусловленные потребностями общества, а, следовательно, служит его интересам. По мнению К. Маркса, государство интегрирует классовое общество, становится формой гражданского общества, выражает и официально представляет данное общество в целом. Кроме того, это организация по управлению делами всего общества, выполняющая общие дела, вытекающие из природы всякого общества. Оно является политической организацией всего населения страны, его общим достоянием и делом. Без государства невозможны общественный прогресс, существование и развитие цивилизованного общества.

Однако в классово-антагонистическом обществе государство, выполняя общесоциальные функции, все больше подчиняет свою деятельность интересам самого экономически могущественного класса, превращается в орудие его классовой диктатуры, приобретает отчетливо выраженный классовый характер.

Именно в этом наиболее выпукло проявляются противоречивая природа и социальная роль государства.

История государства неотделима от истории общества. Оно вместе с обществом проходит длинный исторический путь от неразвитого к развитому, приобретает на этом пути новые черты и свойства. Для неразвитого государства характерно то, что в нем не развертывается, не получает должного развития весь комплекс институтов государства и оно сводится, в сущности, к политической (государственной) власти, основанной главным образом на аппарате принуждения.

Развитым государство становится постепенно, по мере достижения определенного уровня цивилизации и демократии. Оно «обеспечивает организованность в стране на основе экономических и духовных факторов и реализует главное, что дает людям цивилизация,— народовластие, экономическую свободу, свободу автономной личности»[2]. В таком государстве развиваются все его институты и структуры, раскрывается их социальный потенциал.

Причем государство изменяется и совершенствуется не само по себе. Его преобразуют, приспосабливают к изменяющимся условиям люди разных эпох и стран.

Поэтому есть все основания рассматривать государство как одно из самых значительных достижений мировой истории и цивилизации.

Всесторонне раскрыть понятие, сущность, многосторонние грани, свойства и черты государства — задача чрезвычайно трудная.

Решить ее можно лишь при изучении государства конкретноисторически, в различных его связях с экономикой, социально-политической и духовной жизнью общества, максимально используя при этом прошлые и настоящие научные достижения. 4 Суверенитет государства и суверенитет нации Понятие «государственный суверенитет» сложилось в конце средние веков. Оно потребовалось для того, чтобы в государстве – именно в государстве, в сфере государственной жизни! – отделить государственную власть от власти церкви и придать ей в этой сфере исключительное, монопольное значение.

Суверенитет – один из показателей совершенства государства, того, что оно становится развитым. На современной стадии цивилизации суверенитет есть неотъемлемое свойство государства.

Государственный суверенитет – «независимость государственной власти от всякой иной власти внутри страны и вне ее, выраженная в ее исключительном, монопольном праве самостоятельно и свободно решать все свои дела»[2]. Суверенитет - «собирательный признак государства. Он концентрирует в себе все наиболее существенные черты государственной организации общества». Независимость и верховенство государственной власти выражается в следующем: в универсальности – только решения государственной власти распространяются на все население и общественные организации данной страны; в прерогативе – возможности отмены и признания ничтожным любого незаконного проявления другой общественной власти; в наличии специальных средств воздействия, которыми не располагает никакая другая общественная организация.

Верховенство государственной власти вовсе не исключает ее взаимодействия с негосударственными политическими организациями при решения разнообразных вопросов государственной и общественной жизни.

Государственная власть расположена на высшей ступени иерархии управляющих в данном обществе подсистем, независима от них. Она несовместима с существованием другой такой же власти в стране. Две суверенные власти не могут одновременно, бок о бок, функционировать в одном и там же государстве.

Существования «двоевластия» в некоторые периоды истории, связанного с своеобразной ситуацией в борьбе за сосредоточения в своих руках государственной власти, является исключением отсюда и не меняет этого принципиального тезиса. Такой переплет властей долго продолжатся не может, и одна из них непременно сходит со сцены.

Государственный суверенитет – это основа силы государства, его способности эффективно осуществлять свои функции. В то же время суверенитет не может быть основой для антиправовых действий, для произвола.

Например, для того чтобы присвоит себе «право войны», для одностороннего произвольного прекращения существующих правовых отношений, в которых участвует государство.

Государственный суверенитет имеет две стороны: внутреннюю сторону – исключительное, монопольное право на законодательство, на управление и юрисдикцию внутри страны в пределах всей государственной территории; внешнюю сторону – самостоятельность и независимость во внешних делах страны, недопустимость вмешательства во внутригосударственные дела извне кроме ограниченного число случаев, предусмотренных международным правом, когда соответствующие действия совершаются в строго правовом порядке.

Государство в соответствии с международным правом и своим национальным законодательством может уступать свои суверенные права межгосударственным организациям. В современном мире «суверенитет ни одного государства не означает, что оно не связана ни с чем внутри страны и абсолютно независимо от других государств, от мирового сообщества в целом. Любое демократическое государство внутри страны должно постоянно к мнению граждан, социальных групп и их негосударственных образований»[2]. В международных отношениях государство берет на себя обязательства, считается с общепризнанными нормами международного права, с заключенными им договорами.

Однако это не ущемляет добровольный характер, устанавливаются по взаимному или по всеобщему согласию. В федеративных государствах суверенитет признается за союзными государством, а по законодательству некоторых стран – также за субъектами федерации. В России по федеративному договору суверенным считаются и республики, входящие в ее состав. Это подтверждено также конституциями некоторых республик в составе России.

Например, Конституция РТ «Республика Татарстан – суверенное демократическое государство, выражающее волю и интересы всего многонационального народа республики»[7]. В Конституции же РФ 1993 года подчеркивается, что « Суверенитет РФ распространяется на всю территорию»[8]. В ней есть также положение о том, что «РФ обладает суверенном правом и осуществляет юрисдикцию на континентальном шельфе и в исключительной зоне РФ в порядке, определяемом федеральным законом и нормами международного права». В суверенитете государство находит свое политическое и юридическое выражение полновластие народа, в интересах которого государство осуществляла руководство обществом.

Государственный суверенитет как особенность государственной власти следует отличать от народного суверенитета и национального суверенитета.

Народный суверенитет – «само содержание демократии, основа народовластия, право народу самому, своей волей определять свою судьбу»[2]. Аналогичное же значение имеет понятие национального суверенитета; это права наций и народностей на то, чтобы самостоятельно решать вопросы своей жизни, право на свое национальное самоопределение.

Государственный суверенитет может совмещаться с народным суверенитетом и национальным суверенитетом.

Демократическое государство, в котором нации и народности реализовали свое право на национальное самоопределение, представляет собой суверенное государство во всех указанных ранее значениях, т.е. включая народный и национальный суверенитет.

Национальный суверенитет означает «права на само определение вплоть до отделения и образования самостоятельного государства»[9]. В многонациональных государствах, образованных путем добровольного объединения нации, суверенитет осуществляемые этим сложным государством, естественно, не может быть суверенитетом одной лишь нации. В зависимости от того, каким способом объединившиеся нации осуществили свое права на самоопределение – путем объединения в союзные государства и путем федерации на базе автономии или конфедерации, - государственный суверенитет, осуществляемый данным многонациональным государством, должен гарантировать суверенитет каждой из объединившихся наций. В первом случаи это достигается путем обеспечения суверенных прав субъектов союза, уступивших часть своих прав многонациональному государству. Во втором случае суверенитет наций обеспечивается путем охраны автономии национальных государств. Но в обоих случаях многонациональное государство в лице своих высших органов является носителем суверенитета не какой либо отдельной наций, а суверенитета, принадлежащего именно данному многонациональному государству, выражающему как общие интересы все объединившихся наций, так и специфические интересы каждой из них.

Главное состоит в том, чтобы многонациональное государство в любых его разновидностях обеспечивало реальный суверенитет каждой из наций, входящих в его состав. 5 Проблема суверенитета во взаимоотношениях России и Республики Татарстан Четырнадцать лет, прошедших со дня принятия Декларации о государственном суверенитете Республики Татарстан, с точки зрения истории небольшой срок, но он достаточный, чтобы подвести определенные итоги и попытаться проанализировать перспективы развития. За короткий отрезок времени мы сумели продвинуться по пути демократизации общества и развития рыночных отношений и по сути дела живем в совершенно другом обществе. Еще совсем недавно в условиях СССР никто не считался с мнением даже союзных республик, не говоря уже об автономиях.

Сегодня голос Татарстана звучит все весомее, с его мнением считаются. В условиях такого унитарного государства как СССР, где все было централизовано, мы фактически не имели реальных прав. Все делалось только по указанию центра и через строго централизованное планирование. Это находилось в противоречии с правами народов и человека.

Поэтому, когда начались процессы демократизации, все республики, в том числе и Татарстан, заговорил о своих правах. Это был закономерный процесс.

Конечно, голос Татарстана звучал сильнее остальных автономных республик. Для этого были свои исторические предпосылки.

Вопрос о статусе Татарстана поднимался в 1917 – 1918 гг., затем в 30-е годы, когда принималась первая Конституция СССР, и в последующем, когда принимались другие Конституции.

Первый съезд народов Татарстана, состоявшийся в мае 1992 года, прошел в очень непростое время.

Распад СССР, образование новых государств, появление тенденций к изменение общественно-политического строя, переход к рыночной экономики – никогда на огромном пространстве бывшего Союза не было столь крутых поворотов. На фоне этих глобальных перемен происходит спад промышленного производства, усиливаются экономический и финансовый кризисы, ухудшается материальное положение людей. Не обошли все эти процессы и наш регион.

Главная задача в этот период - позаботиться о будущем народов Татарстана, преодолеть накопившиеся в прошлом проблемы. Как известно, 30 августа 1990 года Верховный Совет Татарстана единогласно провозгласил Декларацию «О государственном суверенитете Республики Татарстан». Необходимость ее принятия была обусловлена тем, что статус автономной республики давно перестал соответствовать интересам дальнейшего политического, экономического, социального и духовного развития ее многонационального народа. Кроме того, в рамках автономии невозможно было реализовать неотъемлемое право татарской нации, всех народов республики на самоопределение, создать демократическое правовое государство.

Декларация выдержала испытание временем. В отличие от многих регионов, где суверенизация привела к межнациональным трениям, территориальному делению и даже к гражданским войнам, в республики этот документ стал цементирующим началом в проведении демократических преобразований, сохранении межнационального согласия, соблюдении прав человека. В течение столетий татарин и русский, чуваш и мордвин, мариец, удмурт и башкир вместе жили под одним небом, трудились на благодатной земле нашего края.

Воспитывали в потомках лучшие традиции братства, доброго согласия и взаимной поддержке.

Именно эти гуманистические начала стали основой Декларации. Она провозглашалось от имени всего народа Республики Татарстан.

Закрепила в качестве основополагающего принципа развития государственности соблюдение интересов всех граждан республики, их прав и свобод независимо от национальной, религиозной или социальной принадлежности. В этом историческая справедливость и своеобразие своевременного этапа реформирования национально-государственного устройства Татарстана. После принятия Декларации о государственном суверенитете республика столкнулась с непониманием ее позиции со стороны российских органов власти, хотя мы говорили только о своем стремлении к равноправным и добровольным отношениям. Мы ставили вопрос не об отделении от России, а о построении подлинной федерации на договорной основе. Такая политика была поддержана населением во время референдума 1992 года и закреплена в Конституции Татарстана. Одной из центральных проблем развития государственности республики выступает урегулирование ее взаимоотношений с Россией.

Татарстан добивается большей политической экономической самостоятельности в решении собственных вопросов. Это правомерное и исторически оправданное стремление региона в условиях экономического спада самому искать и находить ответственные решения назревших социальных проблем не всегда встречает должное понимание в некоторых политических кругах. Наши представления о путях обновления Российской Федерации состоят в том, что составляющим ее субъектам необходимо предоставить тот объем прав и полномочий, который они для себя должны определить.

Отсюда объективно встал вопрос о повышение государственного статуса Республики Татарстан.

Именно этим руководствовался Верховный Совет Татарстана, принимая решения о провидении референдума. «21 марта 1992 года состоялся беспрецедентный в истории нашего многонационального народа плебисцит. В день голосования на избирательные участки пришли 82 процента граждан. На поставленный в бюллетене вопрос – «Согласны ли вы, что Республика Татарстан – суверенное государство, субъект международного права, строящее свои отношения с Российской Федерацией и другими республиками, государствами на основе равноправных договоров», - положительный ответ дали 61,4%. Это составило 50,3 процента от общего числа избирателей республики»[10]. По итогом голосования большинство населения высказалось в пользу главной идеи референдума о необходимости повышения государственного статуса республики. Народ оказал доверие Президенту, Верховному Совету и Правительству Татарстана, поддержал последовательную и неуклонно проводимую линию руководства республики на достижение самостоятельности, равноправия во взаимоотношениях с Российской Федерацией, государствами Содружества, зарубежными странами.

Состоявший референдум явился свидетелем мудрости и спокойствия представителей всех наций и народностей, проживающих на древней земле Татарстана. Люди не поддались на имевший место пропагандистский прессинг. Народ проголосовал за суверенитет и тем самым подтвердил свое искреннее стремление к поиску новых форм национально-государственного строительства и реформирования федерации.

Положительный результат референдума сохранил в республике политическую стабильность, укрепил дружбу и доверие между людьми различных национальностей.

Сегодня уже ни один человек не вправе ревизировать или отрицать Высший Закон государственной жизни – волю народа. Кто-то может не соглашаться с результатами голосования, иметь собственное мнение, но игнорировать итоги референдума никому не дано.

Такова реальность развития политического процесса у нас в республики. Около двух лет идет переговорный процесс между полномочными делегациями Татарстана и России.

Каждая из сторон отстаивает определенные цели, собственную концепцию национально-государственного устройства. Хотя делегации и договорились о необходимости установить особые отношения Республики Татарстан с Российской Федерацией при сохранении территориальной целостности последней, однако по некоторым ключевым позициям предложенной модели договора взаимопонимание пока не достигнуто.

Республика выступает за подписание двухстороннего договора, в котором будут прямо признаны наш суверенитет и результаты референдума, за правовые гарантии качественно нового политико-государственного статуса Татарстана.

Предложено использовать и закрепить в договорно-конституционной форме принцип ассоциированности Татарстана с Российской Федерацией на основе взаимного разграничения полномочий. Это позволит не нарушить политические, экономические правовые и культурные связи, исторически сложившиеся между республиками.

Силовые методы, ультиматумы могут повредить достижению взаимоприемлемого компромисса в переговорном процессе.

Только цивилизованный путь полномасштабных переговоров по всему комплексу социальных проблем, основанный на демократичных началах, явится важным вкладом в дело обновления федерации. В период подготовки Конституции Российской Федерации мы выступили со своими предложениями, исходя из принятой Конституции Татарстана. К сожалению наши поправки к проекту не были учтены и население Татарстана не приняло новую Конституцию России. На референдуме в целом трети субъектов федерации проголосовало против нее. Это не было случайностью, поскольку Конституция РФ больше соответствует декоративно-федеративному государству.

Поэтому сегодня растет число субъектов требующих от центра предписания отдельных договоров и соглашений. Это говорит об уязвимости Основного Закона страны. В условиях недовольства государственным устройством России у федерального центра оставалось два пути решения вопроса: заключения договоров с республиками и другими регионами или же, используя силовое давление, заставить принять условия центра. В течение двух с половиной лет официальные делегации Российской Федерации и Республики Татарстан вели сложные переговоры, которые требовали огромные терпения, немалых интеллектуальных усилий и доброй воли с обоих сторон.

Желание исключить силовые методы, построить цивилизованные отношения было столь велико, что, в конце концов, решение было найдено. Мы тогда заявили, что если речь идет о создании новой федерации в условиях цивилизованного общества, она должна создаваться снизу в соответствие с волей народа.

Татарстан предложил заключить Договор о взаимном делегировании полномочий.

Сейчас в прессе пишут о разграничении полномочий, умалчивая о принципиальной особенности нашего подхода: Договор органов государственной власти Татарстана с Российской Федерацией был подписан именно о взаимном делегировании полномочий. И по своему политическому содержанию до сегодняшнего дня он остается единственным в своем роде договором.

Договор снял конфликтную ситуацию и внес стабильность в общество. Он позволил расширить базу развития подлинной государственности Татарстана.

Договор России с Татарстаном – благо не только для Татарстана. Это благо и для самой России. Не было бы этого Договора, трудно было бы сегодня сказать по какому пути развивалось государства. После спада волны суверенизации многим показалось, что требования народов удовлетворить свои права было случайным явлением, что можно и дальше строить политику, игнорируя их интересы. В результате мы имеем трагическую войну в Чечне, чье последствия еще долгие годы будут отравлять политическую обстановку.

Пример Чечни показывает насколько губителен путь силового решения вопроса разделения полномочий. Время от времени в Москве слышатся голоса о приведении Конституции Татарстана в соответствии с Конституцией России.

Действительно, по принципиальным вопросам у нас конституции не совпадают, хотя мы достигли согласия и в Договоре признали обе Конституции. У нас хватило разума спокойно отнестись к этому процессу, выиграть время и тем самым удовлетворить запросы многих политических сил и с той, и с другой стороны. Но ведь нельзя к таким жизненно важным вопросам подходить односторонне.

Конституция Российской Федерации далека от совершенства, она не может служить эталоном. Более того федеральные органы уже подписали договоры со многими субъектами РФ и она уже фактически стала федерацией договорной.

Конституция РФ должна соответствовать реалиям политической жизни.

Суверенитет для Татарстана не был политической игрой. Он связан с глубокими историческими процессами, с требованиями народов.

Народы помнят свое прошлое, они хотят достойной жизни, в которой не было бы угрозы их существованию и была возможность развивать свою культуру. В конце концов, речь идет об элементарных правах человека. Всем нам уже понятно, что строить демократическое общество не просто. Его легко провозгласить, но строить и управлять в условиях демократии и рынка намного сложнее. Но наш выбор сделан и это исторический выбор. Он, действительно, ведет нас к новой цивилизации. «Декларация о государственном суверенитете, заключение Договора между Республикой Татарстан и Российской Федерацией явились основой для проведения республикой более самостоятельной экономической политики, реализации альтернативной экономической политической модели, заключающегося в мягком и эволюционном реформировании всех отраслей народного хозяйства с углубленным вниманием к поддержанию жизненного уровня населения»[11]. Президент, Верховный Совет, Правительство Татарстана решительно выступают за национальное самоопределение народов, право республики на государственный суверенитет. И дело, в конечном счете, не в повышении государственного статуса как такового, ибо это не самоцель. Это средство, позволяющее быстро выйти из социально-экономического кризиса, обеспечить приоритет прав личности, достойные условия и качество жизни большинства населения. Речь идет о народах населяющих республику, развитии их языков, культур, национальных традиций. «Каждый народ уникален сам по себе, как уникальна каждая культура. Пока мы все не поймем этого, - не выбраться из плена отживших стереотипов мышления в понимания сути межнациональных отношений»[10]. Заключение Выявление и анализ повторяющихся, т.е. закономерных, связей, определяющих ход развития государства, позволяют и увидеть настоящее, и заглянуть в будущее данного феномена.

Государству как относительно самостоятельному явлению присущи собственные закономерности развития.

Однако главные импульсы к движению вперед оно получает от взаимодействия с динамично развивающимся обществом.

Однако из основных закономерностей эволюции государства заключается в том, что по мере совершенствования цивилизации и развитие демократии оно превращается из примитивного, «варварского» образования принудительно-репрессивного характера в политическую организацию общества, где активно функционирует весь комплекс институтов государства в соответствии с принципом разделения властей.

Демократически развивающееся общество нуждается в том, чтобы его разносторонние объективные потребности были в центре внимания государства, оно стимулирует развертывание общесоциальных функций государства.

Пожалуй, здесь исток новой закономерности развития современного государства – возрастание его роли в жизни общества.

Названная закономерность появилась в полной мере во второй половине 20 в.

Государство стало распространять свою организующую и направляющую деятельность на экономическую, социальную и культурную сферы жизни общества через вновь создаваемые учреждения и органы – министерства экономики, труда, культуры, образования и др. В этой связи небесспорно мнение С. С. Алексеева о том, что в «развитие государства может быть отмечен и ряд других тенденций: «уход» государства от экономически, все большее его отдаление от хозяйственной жизни, от выполнения функций собственника». Практика показала, что именно сегодня в силу многих причин государство «пришло» в экономику и тем самым стабилизировало экономическую жизнь, оградило ее от экономических потрясений во многих странах мира.

Поэтому высказывание С. С. Алексеева может быть применимо только в нашей стране, где разгосударствление общества, его экономики привело, к сожалению, к умалению, минимизации роли государства во всех сферах жизни, в том числе экономической.

Вследствие этого наше общество оказалось отброшенным на несколько десятилетий назад. Под воздействием научно-технической революции и начавшегося процесса мировой интеграции, создания мирового рынка в развитие государства появилось новая закономерность - сближение различных государств, их взаимообогащение в результате взаимодействия. Так, в свое время западные государства в той или иной мере восприняли от социалистических государств социальную направленность их деятельности, планирование.

Сегодня Россия учится у западных государств разделению властей, парламентской культуре, строительству правового государства. Под влиянием данной закономерности уходят в прошлое острая конфронтация, идеологическая война, недоверие и подозрительность.

Правда, названные закономерности представляют собой общие тенденции, главные линии эволюции государств нашей планеты.

Развитие конкретного государства нередко бывает весьма противоречивым.

Зигзаги, повороты назад, непредсказуемые переходы из крайности в крайность, особенно когда государственная власть используется в личных, групповых, клановых интересах, подчиняются узкопартийным целям и задачам, иной раз делают это развитие весьма противоречивым.

Список литературы 1 Корельский В. М., Перевалов В. Д. Теория государства и права. М., 1997 2 Алексеев С. С. Государство и право. М., 1993 3 Бутенко А. П. Государство: его вчерашние и сегодняшние трактовки // Государство и право. 1993 г. № 7 4 Бачило И. Л. Факторы, влияющие на государство // Государство и право. - 1993 г. - № 2 5 Гумплович Л. Общее учение о государстве. - СП б, 1910 6 Каутский К. Материалистическое понимание истории. Т. 2: Государство и развитие общества. - М. ; Л., 1931 7 Конституция Республики Татарстан с изменениями и дополнениями на 13 декабря 1994 г 8 Конституция Российской Федерации 1993 г 9 Хропонюк В. Н. Теория государства и права.: Учебное пособие для высших учебных заведений . – М. 1995 10 Татарстан на перекрестке мнений. – Казань: Изд-е.

оценка стоимости склада в Калуге
оценка машин и оборудования в Туле
оценка транспортных средств в Липецке